Bumali Project
EnglishRussianChinese






© Maрия Бугрова

Роль неофициальной дипломатии Великобритании в урегулировании франко-китайского конфликта 1883-1885 гг.

XXXVII научная конференция "Общество и государство в Китае". М.: Вост.лит., 2007. с.92-104.

В результате вооруженного давления на Китай в ходе опиумных войн середины XIX века для иностранной торговли были открыты некоторые китайские торговые порты. Однако их открытие еще не означало начало широкомасштабной торговли. Подписание в результате опиумных войн неравноправных договоров (см. [4]) между западными державами и Китаем стало первым шагом к созданию рычагов давления на цинское правительство. В его результате между Китаем и Западом сложилась качественно новая форма взаимоотношений.

В начале 80-х гг. XIX века развитие капитализма в Великобритании уже было стеснено границами одной страны и требовало новых рынков сбыта. Кроме того, перед ней ставились задачи стратегического характера, а именно – укрепление своих позиций в условиях начавшегося раздела мира, огромную роль в котором должен был играть и Китай. В этот период во Франции также происходит стремительное накопление капитала, однако, внутренний рынок ее еще не был к этому готов. Именно в это время Францию особенно начинают привлекать территории в Африке и на Дальнем Востоке. В 1881 г. она установила протекторат над Тунисом, в 1884 г. ввела войска в Индокитай, первые попытки установления контроля над которым ею были предприняты в 1873-74 гг. (см. [3, c.319]).

В 80-х гг. активизирует свои действия в Африке и на Дальнем Востоке и Германия. В 1885 г. происходит раздел восточной Гвинеи между Германией и Англией. В 1884-85 гг. созывается Берлинская конференция, на которой Германия «впервые заняла место в ранге колониальных держав. Франция также стремилась к этой цели. Экспансия становилась главной чертой приближающейся эры... Вся Америка уже была колонизирована... В мире происходил раздел европейской колониальной системы, решающую роль в которой продолжала играть Великобритания» (см. [5]).

В этих условиях для Великобритании больший интерес начинает представлять не столько возможность продажи английских товаров в Китае, сколько создание условий для распространения в будущем английского экономического и политического влияния (см. [20, c.57-58]) в дальневосточном регионе. Добившись ряда уступок со стороны Цинского правительства, открыв порты для внешней торговли, создав орган по контролю над доходами от торговых операций в этих портах , Великобритания проводила в Китае политику, получившую название «неофициальная дипломатия». Трудно предположить, какова была бы ее позиция в Китае в конце XIX века, если бы не франко-китайский конфликт 1883-1885 гг., сыгравший ключевую роль в утверждении позиций Англии в Китае.

В 50-х-начале 60-х гг. XIX века англичанами был создан новый механизм косвенного финансового контроля Цинской империи через Китайские Морские таможни. Вопросы, в решении которых участвовал Генеральный Инспектор Китайских Морских таможен, Р.Харт, «пользующийся благосклонностью пекинских правительственных сфер и усердный сторонник интересов англичан» (см. [1, Л. 52-53]), касались дипломатии, политики, экономики, вооружения Китая, культурно-просветительских аспектов. Именно Генеральному Инспектору Китайских Морских таможен, англичанину Роберту Харту , было поручено ведение переговорного процесса между Францией с Китаем по вопросу Аннама.

Неудачи Франции в Индокитае в конце 70-х начале 80-х гг. XIX века и сложность урегулирования данного вопроса давали Великобритании прекрасную возможность воспользоваться авторитетом Генерального Инспектора в Китае и вовлечь его в урегулирование военного конфликта. Харт прекрасно знал международную обстановку и расстановку политических сил в Китае (см. [21, c.143]). Долгое время проработавший в Китайских Морских таможнях Морзе отмечал, что в Цунлиямыне «в Пекине при обсуждении всех международных вопросов, от подписания договоров и до принятия решения по земельным спорам, всегда опирались на помощь и советы Генерального Инспектора». Цунлиямынь часто запрашивал его мнение «не только по сбору пошлин и торговым вопросам, но и вопросам дипломатическим и внутриполитическим» (см. [22, c.416, 425]).

Аннам являлся вассалом Китая, отказавшимся официально признать свою независимость от Китая, о которой говорилось в Сайгонском договоре 1874, заключенном с Францией. Последняя вторглась на территорию Тонкина, не считаясь с сюзеренными правами Китая. Цинское правительство направило в данный район свои войска, поддержав также действия против французских войск «черных флагов».

В ноябре 1882 года Франция подписала с Ли Хунчжаном договор, по которому Красная река была открыта для иностранной торговли. Однако весной 1882 г. аннамская армия совместно с отрядами «черных флагов» нанесли поражение французским войскам. Военные действия продолжались в 1883-1884 гг. В апреле 1884 г. Харт предпринял попытки урегулировать франко-китайские разногласия, направив в Париж свое доверенное лицо, Д.Кэмпбелла. Последний должен был под предлогом обсуждения вопроса о строительстве маяков, возникшего в результате ареста французами таможенного крейсера «Летящий тигр», использовать возможность прямого общения с премьер-министром Франции, Ж.Ферри и лично вести переговоры о возможности заключения с Китаем мирного соглашения. Говоря словами Харта, «дело с «Летящим тигром» было подарком Неба, ключом к началу переговоров с Ферри» (см. [23, c.388-389]).

3-7 мая 1884 г. императорский двор уполномочил Ли Хунчжана вести переговоры и подписать соглашение с французской стороной. Правительство императрицы Цыси инструктировало его отстаивать сюзеренитет Китая по отношению к Аннаму, не открывать для европейской торговли провинцию Юннань, взять под защиту армию «черных флагов». Однако 11 мая 1884 г. Ли Хунчжан заключил с Францией в лице Э.Фурнье Тяньцзинский договор совершенно на иных условиях. По нему Китай признавал протекторат Франции над Аннамом, обязывался немедленно вывести свои гарнизоны из Тонкина, вести торговлю с Францией на границах Северного Вьетнама на условиях, определенных в специальном торговом соглашении. В данном договоре не оговаривались сроки вывода китайских войск из Тонкина. Столкновения между китайскими и французскими войсками продолжались. Однако официально война еще объявлена не была.

В письме от 18 мая 1884 г. Ли Хунчжан писал в Цунлиямынь: «Получена телеграмма из Лондона: Франция требует компенсации. … Парижские газеты говорят о сумме в 1 миллион фунтов стерлингов. Франция будет удерживать Фучжоу в качестве залога. Губернатор Шанхая телеграфирует, что Франция направила туда 5 кораблей, 2 подводные лодки и наняла во внутренних районах четырех человек, одного человека в провинции Фуцзянь. На протяжении полумесяца производит заготовку зерна. Харт 15 мая ночью прибыл в Тяньцзин. Примерно 19 мая прибудет в Шанхай» (см. [25, c. 159-160]). Для Харта было важно проконтролировать в Шанхае таможенные вопросы, так как армия провинции Анхуэй финансировалась Китайскими Морскими таможнями Шанхая и Ханькоу (см. [13, c. 73-81]).

В Шанхае Харт заявил маркизу Цзену, что любые дискуссии с Францией бесполезны, если не признать принцип репараций. Маневры Харта в Шанхае беспокоили цинское правительство, в связи с чем он был отозван в Пекин (см. [14, c. 142-143]). В какой-то степени этому способствовало влияние немецкого таможенного инспектора, Г.Детринга, являвшего правой рукой Ли Хунчжана. В апреле и мае 1884 года Детринг обсуждал с Фурнье проблемы заключения мира с Китаем (см. [25, c. 117]). 20 апреля 1884 г., когда переговоры Ли-Фурнье еще не начались, Харт телеграфировал Кэмпбеллу: «Детринг сейчас в Тяньцзине, французский главнокомандующий морских сил (Фурнье. - М.Б.) неофициально через него выдвинул требования. Он через Детринга имеет большой интерес к Ли, и хотел предложить этот договор именно через немца, чтобы он имел силу, будто инициатива шла от Германии» (см. [24, т. 3, c. 523]). Харт стремился отобрать у Детринга право контроля франко-китайского переговорного процесса. Он писал Кэмпбеллу: «немедленно тайно направляйся в Париж, разведай у Ферри, какой метод для него приемлем, разъясни каждое требование конвенции. Если Франция сначала открыто заявит о своих требованиях, не потребует контрибуций, то возможно найти решение данному вопросу. Храни все в секрете. Французский флот сейчас действует через Детринга» (см. [26, c. 4]). Харт, несмотря на искреннюю неприязнь к Детрингу, признавал, что «как бы он ни был по отношению к (Харту. - М.Б.) мнимо искренен, все равно он работал на Китай, и работал исправно… поэтому его влияние росло, и (Харт. - М.Б.) опасался, что он займет (его. - М.Б.) место» (см. [24, т. 3, c. 550]).

Интересно замечание Ли Хунчжана по поводу заготовок зерна Францией. Нужно учесть три момента: во-первых, на тот момент проникновение иностранцев во внутренние районы Китая без особых паспортов было невозможно. Во-вторых, отношение китайского населения к иностранцам, в особенности к французам, было крайне враждебным, что делало поиск китайских провожатых во внутренних районах Китая проблематичным. Тем более что инспектор в провинции Цзянсу, Х.Ф.Меррил, в своем отчете отмечал, что весной 1884 г. для охраны Ниньбо от входа французских войск в Джэнхай , была возведена каменная дамба, в которой был оставлен лишь узкий проход для навигации. Рядом с входом в Ниньбо в полной боевой готовности стоял груженный камнями деревянный корабль «Баошунь», чтобы в нужный момент засыпать проход в дамбе. То есть, встает еще вопрос – каким образом французы проникли через китайскую оборону.

В-третьих, легально получить паспорта представителям враждебного государства, находящегося в состоянии войны с Китаем, было также невозможно. Следовательно, данная деятельность велась на свой страх и риск. Р.Харт вряд ли был менее осведомлен, чем Ли Хунчжан. Тем не менее, он не препятствовал действиям Франции. Протекторат Франции над Аннамом, вывод китайских войск из Тонкина и усиление позиции Франции в данном регионе не были выгодны Великобритании. Таким образом, она была заинтересована в продолжении франко-китайского конфликта, который вел к дальнейшему ослаблению Цинской империи, на что указывал и Ли Хунчжан в одном из своих писем в Цунлиямынь: «Военные корабли (французские. - М.Б.) нападут на морское побережье, войска (китайские. - М.Б.) в спешке будут отступать, скоро обнаружится нехватка денежных средств для выплаты жалованья военным в Китае» (см. [26, c. 306]). С другой стороны, данный конфликт вел к осложнению внутриполитической обстановки в самой Франции (см. [6, c. 888]). Вполне вероятно, что именно по этим причинам Харт не мешал действиям французов. Он ждал, когда Франция «увязнет» в Китае и обратиться к Великобритании за помощью. Однако для того, чтобы «сохранить лицо», сделать это необходимо будет неофициально. Личность Генерального Инспектора и авторитет его положения в Китае как нельзя лучше подходили для этой цели.

До ратификации Тяньцзинского Договора в районе Бакле под Лангсоном 23 июня 1884 г. произошло очередное столкновение между французскими войсками и китайским гарнизоном, нарушившее временное перемирие . После многочисленных неудач в решении данного конфликта мирным путем становилась все более очевидной необходимость участия третьей стороны. При этом цинским правительством в качестве посредников рассматривались британская, американская, австрийская и русская стороны. Однако 13 и 14 июня 1884 года Цунлиямынь сообщал Ли Хунчжану, что «Франция не желает, чтобы в ее дела вмешивались, особенно, чтобы Америка выступала в качестве посредника. Данное дело является сугубо ее внутренней проблемой» (см. [25, c. 202, 226]). 23 июня 1884 г., после очередного военного столкновения между китайскими и французскими войсками, Ли Хунчжан сообщал, что «Харт вновь во время совещания по франко-китайскому вопросу просил выступить посредником со стороны Китая. Франция отказала в посредничестве Америке. Так как я сейчас не участвую в переговорах, то сомневаюсь, что Америка может лично посредничать» (см. [25, c. 226]). Цунлиямынь согласился направить Харта в Шанхай для дальнейшего ведения франко-китайских переговоров.

Основной задачей Харта в Шанхае было убедить французского посла, Патенотре, избежать выплаты Китаем военных контрибуций. Патенотре сообщал Ж.Ферри 8 августа: «Харт сам осуществляет серьезные переговоры о торговле. Генеральный Инспектор Китайских Морских таможен для того, чтобы избежать разрыва отношений между имперским правительством и Францией в особенности решительно отстаивает поиск способов выполнения требований Франции пекинским двором. Я считаю, что двум сторонам не сложно добиться понимания. Я передал Харту: «Сумма Китая для выплаты контрибуции с самого начала, возможно, выглядела завышенной... Одним словом, его цель заключается в том, чтобы создать благоприятную обстановку для успешной торговли соседних стран» (см. [26, т. 5, c. 240-244).

22 августа Харт вернулся из Шанхая в Пекин. 23 августа французский флот внезапно напал на стоявшие на якоре в бухте Мацзян китайские корабли, бомбардировал находящиеся в Мавэй корабельные доки, 11 китайских военных судов, 19 торговых были потоплены, доки в Мавэй также были сожжены. Действия французского флота ухудшили общую обстановку, и цинский двор 26 августа объявил Франции войну (см. [21, c. 154]).

29 августа Кэмпбэлл телеграфировал Харту: «от Гренвилла пришла телеграмма: французское правительство в данный момент намерено извлечь выгоду из посредничества. Например, Германия предлагает посредничество. Возможно посредничество Америки» (см. [26, т. 4, c. 48]). 11 сентября Харт телеграфировал Гренвиллу, что: «если появится третья сторона, в особенности совместные действия Англии и Германии, я попрошу Китай и Францию предоставить право арбитража – самое лучшее – Америке – обе стороны могут согласиться. Английский МИД может ли направить посла из Берлина согласовать вопрос с немецким МИДом? Направят ли Англия и Германия в Париж и Пекин одновременно послов с целью убедить Францию отказаться от американского и прочего арбитража? Если это возможно осуществить, война будет остановлена, торговлю можно будет продолжить, человеческих жертв избежать. В ином случае, снова начнется война, возможно на много лет, которая нанесет большой урон Франции и Китаю» (см. [26, т. 4, c. 48]).

17 сентября Харт получил сообщение, что «французский кабинет отказался от арбитража, убедительно настаивает на том, чтобы немедленно принять меры по нанесения удара». 6 октября Гренвилл снова телеграфировал Харту: «посредничество Англии не может быть принято Францией» (см. [26, т.4, c. 50-52]). Осенью 1884 г. встал вопрос о возможности посредничества Австрии: «если китайская династия согласится, в заключении Тяньцзинского договора, Австрия согласна выступать посредником в улаживании дел, за что рассчитывает получить временный контроль над угольными копями Цзилунга, Таншуея, таможенными сборами. Если просить Австрию выступить посредником, возможно, удастся избежать контрибуции. Французское правительство ждет немедленного ответа. Если в ближайшие дни ответа не последует, естественно, начнется крупномасштабная атака на Тайвань» (см. [25, c. 322]). Р.Харт и Г.Детринг также заявили Цунлиямыню, что они отдают предпочтение посредничеству Австрии более, чем Англии, так как последняя, подобно Германии, заинтересована в продолжении французской проблемы в Китае (см. [15, c. 153]). Ли Фэнпао, посланник Китая во Франции и Германии, и близкий к Ли Хунчжану, также не был склонен к посредничеству Германии по тем же причинам. Англия открыто не возражала захватническим действиям Франции в Тонкине, т.к. для нее приоритетнее на тот момент были дела в Африке.

Существует еще один момент, на который хотелось бы обратить внимание. На него вскользь указывает Харт в одном из своих писем Кэмпбеллу еще 2 июня 1883 года: «Как только Китай с Франция развяжут войну, Япония тут же направит 30 тысяч солдат. В Корее начнутся беспорядки, которые, возможно, учинят «Триада» и другие секретные общества» (см. [24, т. 3, c. 281-282]). Для Великобритании в 80-х гг. становится важна позиция Японии в дальневосточном регионе. Именно в начале 80-х гг. XIX в. последняя начинает демонстрацию своей военной силы в Корее. Нейтральную же позицию во время франко-китайского конфликта Великобритании можно рассматривать как первый шаг к ее сближению с Японией, воспользовавшейся сложившейся ситуацией в Китае, флот которого был почти полностью уничтожен французами.

10 октября Кэмпбэлл встретился с французским послом в Великобритании и обсудил с ним вопрос мира между Францией и Китаем. Французский посол сообщил ему, что «стоит только лишь Китаю признать выплату контрибуции, у него появится повод поверить в перспективы быстрого достижения мира. Касательно суммы контрибуций не должно быть сложностей. Проблемы заключаются в том, где и кто будет вести переговоры» (см. [24, т. 3, c. 635-636]). Кэмпбелл тут же рекомендовал ему Харта. 16 октября Кэмпбелл получил инструкции от Гренвилла о том, что он может встретиться с французским послом в Лондоне, и что именно Харт должен быть доверенным лицом Гренвилла и от имени английского правительства быть готовым выступить арбитром в франко-китайском конфликте. В инструкциях также сообщалось, что Гренвилл желает наладить между Хартом и английским правительством «прямой канал» для оперативности действий (см. [21, c. 156]). 28 октября Гренвилл сообщил Харту, что «английское правительство желает, чтобы Китай и Франция завершили враждебные действия» (см. [26 т. 4, c. 53]). 31 октября Лондон снова телеграфировал Харту: «английское правительство надеется на мир, хочет предложить посредничество… Если Китай сейчас попросит дружеского посредничества Англии, правительство изо всех сил будет примирять Францию и Китай. Однако необходимо по договору, чтобы Китай был слабой стороной» (см. [26, т. 4, c. 54]).

Цинское правительство 15 ноября выдвинуло восемь статей мирного договора с Францией со следующим содержанием: 1. Тяньцзинская конвенция утрачивает силу, переговоры возобновляются; 2. граница проводится от Цзиньганя до Баошена; 3. на внешней (от Китая) стороне от границы по желанию французской стороны и Тонкина поддерживаются торговые связи с Китаем, а на внутренней стороне от границы Китай контролирует таможни и торговлю; 4. Китай кроме вопросов получения дани не вмешивается во внутреннюю политику Аннама. Франция же на равных строит свои отношения с Аннамом; 5. Китай просит Францию направить посланника для переговоров; 6. по подготовке договора, во избежание непонимания со стороны Китая, договор подготовить на китайском языке; 7. остановить продвижение китайских войск на северной границе Аннама, французские войска с Тайваня эвакуируются, назначить дату эвакуации; 8. не требовать контрибуцию с Китая за потери французских войск и имущества (см. [21, c. 158]).

В Лондоне китайский посланник Цзэн Цзицзэ и французский посол в Великобритании также вели переговоры о мире. Однако 10 декабря произошел разрыв. 11 декабря Ферри в Верхней Палате провозгласил, что переговоры прекращены, и начинается отправка войск в Китай. В 1885 гг. газета «Норф Чайна Геральд» рассматривала вопрос «открытия» Китая: «каково будет влияние (Великобритании. - М.Б.) на торговлю… после захвата французами Формозы? Возможно, подобные меры реально необходимы для фактического открытия Китая» (см. [16, c. 147]).

В январе 1885 г. к ведению переговоров вновь был подключен Харт. 7 января 1885 года он телеграфировал Кэмпбеллу «немедленно отправиться в Париж, встретиться с Ферри» (см. [26, т. 4, c. 68]) и обсудить вопрос ареста Францией китайского таможенного крейсера, а на самом деле - выяснить у Ферри положение дел и монополизировать право ведения франко-китайских переговоров. В письме Кэмпбеллу от 8 января 1885 г. Харт писал: «Чтобы обеспечить береговую линию маяками, ты и Ферри должны встретиться. Обязательно воспользуйся возможностью и объясни ему, что я - за установление мира. Я уже убедил Цунлиямынь принять посредничество Англии. Тактично попроси (Ферри. - М.Б.) внести предложение о мире. … Китай предлагает то, с чем Франция не может согласиться. Можно ли урегулировать (вопрос. - М.Б.), если Китай откажется от своей позиции по пограничной линии, Франция откажется от 4-ого пункта по поводу морских пошлин и угольных рудников, Цзифеня (север Тайваня) и т.д. … Предварительное согласие (со стороны Ферри. - М.Б.) необходимо для того, чтобы цинское правительство могло предоставить тебе право подписи договора, не опасаясь отказа Ферри вести дела с неофициальным лицом, не имеющим отношение к китайскому государственному аппарату» (см. [23, c. 377]). Кэмпбелл ответил Харту: «Ферри ничего так не желает, как прямого договора с Цунлиямынем через Вас, но так как Вы не являетесь ни китайским Министром Иностранных дел, ни членом правительства, он просит подтверждения от Цунлиямыня Ваших полномочий и гарантий Вашего посредничества» (см. [17, c. 600]).

Вопрос участия Кэмпбелла в переговорном процессе был одобрен не только цинским правительством. Он также обсуждался и с британской стороной. 9 января 1885 г. Кэмпбелл сообщал из Лондона Харту о том, что «виделся с Гренвиллом…. Он искренне поддерживает посредничество и взаимоотношения с Ферри» (см. [23, c. 377]). 10 января Кэмпбелл тайно отправился в Париж и начал приводить в исполнение план Харта. Во время второй встречи с Ферри 24 января Кэмпбелл после обсуждения вопроса о «Летящем тигре» перешел к проблеме завершения франко-китайской войны. Он информировал 25 января из Парижа: «Ферри сказал, что он сейчас уже может сказать, что если резолюция официально напрямую будет принята Цунлиямынем, то это будет обдумано. Я спросил, каким образом сделать это напрямую? Ферри ответил, что можно через назначенного в Тяньцзинь французского консула. Ферри очень вежлив» (см. [23, c. 382]).

Камнем преткновения в обсуждении был вопрос границы между Аннамом и Китаем и остановки продвижения французских войск в Тонкин. 4 февраля 1885 года Харт велел Кэмпбеллу выяснить отношение французского премьер-министра к сохранению даннических отношений между Аннамом и Китаем, что «позволило бы Китаю «сохранить лицо». Высокое напряжение или открытое выражение недоверия вредит репутации Китая и мешает мирному разрешению переговорного процесса и пониманию проблемы» (см. [23, c. 385]).

21 февраля Харт телеграфировал Кэмпбеллу: «в настоящее время переговоры полностью в моих руках, я требую хранить все в секрете. Император уже издал приказ прекратить переговоры в Тяньцзине, Шанхае, провинции Фуцзянь во избежание помех моим действиям» (см. [26, т. 4, c. 81]). Харт снова получил полномочия вести франко-китайские переговоры, а также добился согласия французского правительства. 25 февраля Ферри во время встречи с Кэмпбеллом заявил: «передайте Харту, что я согласен. Как и он, я также надеюсь найти посредника, однако, все необходимо хранить в секрете, вплоть до возобновления официальных переговоров» (см. [24, т. 4, c. 33]).

В феврале 1885 года французские войска пошли в наступление, цинские войска терпели поражение под Цзиншанем, в Вэньчжоу, Цженьнане. К тому же, в декабре 1884 года в Корее произошел переворот, чем не замедлила воспользоваться Япония. Поэтому цинское правительство настаивало на ускорении прямых переговоров Харта и Ферри. Во Франции в это время обстановка также осложнилась в связи с блокадой Тайваня, что негативно влияло на торговлю западных держав. Она в это время вела военные действия на Мадагаскаре. Напряжение в ее отношениях с Англией было нежелательным. При этих обстоятельствах Харт, через прямое участие Кэмпбелла в переговорах с Ферри, добился успеха (см. [21, c. 162]).

Францию, прежде всего, интересовал вопрос о репарациях и торговых привилегиях. Ж.Ферри 3 марта через Кэмпбелла спрашивал Харта о том, «каковы эти торговые привилегии? Что особенного они могут дать Франции, чего не могут дать другим государствам? Ферри намекнул, что раньше Ли Хунчжан предоставил (Франции. - М.Б.) концессии на строительство железных дорог» (см. [23, c. 396]). В марте 1885 г. французские войска вторглись в Тонкин, блокировав побережье, разбили китайский флот и разгромили арсенал в Фучжоу, попытавшись овладеть полуостровом Тайвань. Однако 26 марта 1885 г. в Париже узнали, что при Лангсоне французская армия неожиданно потерпела поражение, что привело в конечном итоге к падению кабинета Ж.Ферри.

Резкое изменение обстановки на театре военных действий, а также правительственный кризис вынудили Францию предложить Китаю срочно заключить мирный договор. Делегация китайского правительства и французские представители, дипломат M.Билот в 4 апреля 1885 г. подписали франко-китайский предварительный договор. После того как Харту стала известна эта новость, он написал в срочной телеграмме Кэмпбеллу: «как хорошо! Неплохо провернули! Я чествую и благодарю тебя!» (см. [26, т. 4, c. 100]). 7 апреля цинский двор обнародовал декрет, ратифицировавший тяньцзинскую конвенцию, по договору Китай назначал дату вывода войск. 9 июня 1885 года был подписан договор о мире, по которому Китай признавал протекторат Франции над Аннамом. Китай открывал для иностранной торговли пограничные пункты около городов Лангшон и Лаокай в Аннаме. В соответствии с условиями договора, французские товары облагались льготным тарифом. Китайское правительство соглашалось воспользоваться услугами Франции в случае строительства железных дорог в Южном Китае.

О'Конор писал Гренвиллу 29 апреля 1885 года: «Когда решат строить железные дороги, Китай обратится к Франции за помощью и материалами. Приграничный тариф в Тонкине составит две трети договорного тарифа. Таможни севера Лангшона и Лаокая будут открыты для французских товаров, идущих в Китай. Я бы предположил, чтобы для британской торговли открыли Западную реку, Кантон» (см. [7, c. 9]). Доход западных торговцев в Китае вырос бы, если бы Китай построил железные дороги, каналы до проливов, и в целом содействовал бы торговле (см. [8, c. 513]).

Успешное завершение франко-китайского процесса в 1885 году укрепило положение Генерального Инспектора Китайских Морских таможен в Китае, доверие к нему со стороны цинского правительства возросло. В 1885 году британское правительство приняло решение назначить Р.Харта английским посланником в Китае вместо Г.Паркса. Однако, понимая, что, приняв данное предложение, он не сможет более удерживать позиции Великобритании в Китае, Харт отказался, оставшись на менее престижном, но в действительности более весомом посту Генерального Инспектора Китайских Морских таможен (см. [18, т. 2, c. 218-221]).

В одном из писем Кэмпбеллу он писал: «Моя позиция крепка теперь и со временем будет еще прочнее, но я не могу занимать этот пост вечно» (см. [17, c. 599]). Положение Генерального Инспектора Китайских Морских таможен после его участия в франко-китайском переговорном процессе стало настолько значительным, что становилось очевидно, что европейской державой номер один в Китае будет та, чей представитель займет данный пост (см. [9, c. 492]).

По образцу Китайских Морских таможен в дальнейшем предполагалось реформировать Департамент по железным дорогам Китая, но при этом пришлось бы передать их финансовый контроль в руки иностранцев (см. [8, c. 515-516]). В 1884 году журналист «Таймс» писал: «Я могу сказать без лести, что ее (систему Китайских Морских таможен. - М.Б.) можно применять как модель таможенной службы для всего мира; самой эффективной, самой подходящей для торговцев, абсолютно лишенной коррупции, и чрезвычайно популярной. Она обеспечивает правительство единственной долей дохода, на поступление которого можно было рассчитывать. Система была заложена его руководителем, сэром Робертом Хартом, который будучи Генеральным Инспектором обладал абсолютным контролем» (см. [10, c. 2]).

К этому моменту Р.Харт создал настолько прочную администрацию в Китае и обеспечил ей сбор такого дохода, что под него Китаю мог быть дан любой кредит (см. [19, c. 57]). В 1883 году Маркиз Ценг писал, что «теперь мало вероятно, что иностранцы будут иметь намерение вывозить их деньги за море, чтобы помочь Китаю в его нуждах. Но займы выпускаются и деньги собираются с китайцев. Население и правительство страдают от таких крупных сумм их собственного капитала, проходящего через иностранные руки, поскольку доля интереса в этом определяется иностранным агентом. Прекрасная схема, однако!» (см. [11, c. 1001]).

В условиях значительной коррумпированности китайских чиновников, этот механизм, во-первых, позволял собирать налоги в Империи и выплачивать контрибуцию западным державам. Во-вторых, в условиях традиционности китайского общества, Китайские Морские таможни становились средством по модернизации Китая, в процессе чего шло формирование прозападно настроенной прослойки китайских компрадоров. Он расценивался англичанами не иначе, как удачное начало реорганизации китайского общества. При фактическом бездействии в Китае западных дипломатических каналов данная «неофициальная дипломатия» прекрасно подходила для дальнейшего масштабного проникновения в Китай западных держав.

Прозрачность работы таможен и регулярное поступление доходов в центральную казну Китая давало положительный эффект, а именно – рост авторитета и доверия к Генеральному Инспектору таможен, Р.Харту, приближение его к императорскому двору и превращение в британского агента влияния на цинское правительство, а самих таможен – в официальный орган косвенного финансового контроля в Китае. Генеральный Инспектор Китайских Морских таможен в одном из своих писем британскому премьер-министру Гладстону в декабре 1885 г. писал: «Я заведую учреждением, которое, несмотря на то, что называется таможней, имеет куда более широкие полномочия», «фактически оно может реформировать каждую часть администрации и промышленности этой империи» (см. [12, т. 1, c. 5]). Он был ключевым человеком, принимающим решения и превратившим таможенную организацию в центр по решению внешней политики китайском империи (см. [20, c. 33]). В донесении Императорской российской миссии в Пекине сообщалось, что «Роберт Харт, имя которого пользуется известностью не только на дальнем Востоке, по своему положению и благодаря высоким личным качествам, является главным советчиком китайского правительства по всем финансовым и торговым вопросам» [2, Л. 1]).

Создав определенную правовую базу, Англия могла посредством косвенного контроля над финансами Китая, добиться ряда уступок со стороны Цинского правительства, открыть порты для внешней торговли и создать орган по контролю над их доходами. Великобритания осуществляла в Китае политику, получившую название «неофициальной дипломатии». Китайские Морские таможни во главе с англичанином Робертом Хартом должны были доказать цинскому правительству свою дееспособность по сбору таможенных пошлин и стать гарантией дальнейшего проникновения английского влияния на Дальний Восток. Таким образом, Великобритании удалось создать предпосылки трансформации китайского общества, что позволило постепенно изменить его отношение к Западу.

Британский инженер, Х.С.Халлетт, отмечал: «Большая часть Китая открыта для мировой торговли. Лорд Солсбери заслуживает не только благодарности со стороны Великобритании, но и со стороны Китая и всех других государств, которые желают торговать с этим колоссальным рынком будущего, за то, что он сделал и обещал сделать для будущего развития мировой торговли с Центральным Индо-Китаем и Южным Китаем путем открытия Западной Реки для торговли. Он заставил Китай признать по существу и по форме торговые привилегии, полученные фактически всеми мировыми державами в качестве самых благоприятствуемых наций, и добился обещания максимального содействия со стороны (китайского. - М.Б.) правительства в строительстве железной дороги по направлению Бирма-Сиам-Китай» [9, c. 501]).

Успешное завершение франко-китайского конфликта 80-х гг. XIX века, существенную роль в котором сыграла британская «неофициальная» дипломатия, дало толчок для второго этапа «открытия» Китая (если рассматривать опиумные войны середины XIX как первый этап. - М.Б.). Именно в этот период начинается масштабное проникновение западных держав во внутренние районы Китая, доступ в которые для иностранцев ранее был закрыт. Организуются многочисленные исследовательские экспедиции. Этот период заканчивается японо-китайской войной 1894-1895 гг., в результате которой западные державы получили равные возможности в использовании китайского рынка сырья и дешевой рабочей силы, а также свободного ввоза и производства товаров на территории Китая. Сам механизм же работы Китайских Морских таможен как эффективного института организации и управления мог быть использован западными державами в дальнейшем разделе Китая на сферы влияния.

Источники и литература

1.Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ), ф. Миссия в Пекине, оп. 761, д.407. 2.АВПРИ. ф. Китайский стол, оп. 491, д. 2189. 3.Корсунская М.С. Капитулянтская политика цинского двора в период франко-китайской войны 1883-1885 гг. // Сборник «Маньчжурское владычество в Китае». М., 1966. 4.Treaties, Conventions and etc. between China and foreign states. vol. I-II. Shanghai, 1917. 5.NCR, vol. XVI, 1884. 6.Boulger D.Ch. France and China // NCR, vol.XIII, May, 1883. 7.China No.1. Correspondence respecting the French Treaty with Annam, and Negotiations between France and China. London, 1886. 8.Gundry R.S. Eastern questions far and near (No.1): China, England and Russia // FR, vol. 60 n.s., Oct, 1896. 9.Hallett H. France and Russia in China // NCR, vol. XXXXI, Jan-June, 1897. 10.Diplomacy at Pekin // T, 31 October 1884. 11.Tseng Chitse (calles Chinese minister to England and France). Extracts from the diary of the Marguis Tseng // NCR, vol. XIV, Dec, 1883. 12.Hart R. The Inspector General in Peking, 1868-1907. L., vol.I-II, 1975. 13.Chu S.C. Li Hung-chang: diplomat and modernizer // Chinese studies in history. part I, vol.XXIV, Nos.1-2, N.Y. 1990/1991. 14.Eastman L.E. Throne and mandarins: China’s search for policy during the Sino-French controversy, 1880-1885. Cambridge, 1967. 15.Kiernan E.V.G. British diplomacy in China. 1880 to 1885. Cambridge, 1939. 16.Pelcovits N.A. Old China hands and the Foreign Office. N.Y., 1948. 17.Wright S.F. Hart and Сhinese customs. Belfast, 1950. 18.Dictionary of National Biography. 1901-1911. vol.2. L., 1958. 19.Chirol V. Fifty years in a changing world. L., 1896. 20.Ли Даньхуй. Хэдэ цюаньли цзовэй хэ маодунь сингэ (Ошибки управления Харта и характер противоречий) // Цзиньдай яньцзю лиши. Вып.63, №3, Пекин, 1991. 21.Чэнь Вэньгуй. Чжунфа чжаньчжэн цицзянь хэдэ «уцюань вайцзяо» яньцзю (Исследование «внеслужебной дипломатии» Роберта Харта в франко-китайской войне) // Цзиньдай яньцзю лиши , ноябрь, вып. 96, №6, 1996. 22.Ма Ши. Чжунхуа диго дуйвай гуаньсиши (Морзе. История международных отношений Китая и империалистических держав). тт. I-III, Пекин, 1960. 23.Чжунго хайгуань мидань хэдэ, цзиньдэнгань ханьдяньхуйбянь (1874-1907) (Секретный архив Китайских Морских таможен, собрание телеграмм Харта и Кэмпбелла). т.8, Пекин, 1995. 24.Чжунго хайгуань мидань хэдэ, цзиньдэнгань ханьдяньхуйбянь (Секретный архив Китайских Морских таможен, собрание телеграмм Харта и Кэмпбелла). т.3, 4, Пекин, 1992. 25.Ли Хунчжан цюань цзи, 1880-1888. Дяньгаои (Собрание телеграмм). т.1, Шанхай, 1985. 26.Дигочжуи юй чжунго хайгуань. Чжунго хайгуань юй чжунфа чжаньчжэн (Империализм и Китайские Морские таможни. Китайские Морские таможни и франко-китайская война). т. 4, 5, Пекин, 1957. Периодические издания: NCR - The Nineteenth Century Review, London FR - The Fortnightly Review, London T - The Times



© Copyright Bumali Project, 2007
All rights reserved
bumali2000@yahoo.ca
Last update: 2009.06.10
design by ISS, 2007